Затаенные обиды
ему ты не можешь или не
будешь одалживать. В конце концов, это твои деньги.
Но я тебе скажу, что тут еще много чисто рассейской глупости. Вот откуда его начальник знает,
что у Димитрия, понимаешь, пять тысяч баксов бесхозными валяются? Сироты — можно сказать! На
Западе никто и никогда бы такую информацию не выложил в открытый доступ. Там друзья — и те
понятия не имеют, сколько у тебя денег. Это не принято. Нехорошо, когда люди в чужую тарелку
смотрят, но ведь и в чужой кошелек тоже смотреть неприлично. Чем он отличается от тарелки, если
разобраться?
Но Дима твой не удержался и продемонстрировал свой кошелек кому ни попадя — мол, смотри,
парень, сколько у меня бабосов! Аж пять тысяч! А тот, не будь дураком, и отвечает доверчивому
лопуху Дмитрию: «Да ну?! Правда?! А дай померить! Дай покататься! А что тебе—жалко, что ли?» И
пошло-поехало. А потом Дима сидит и сокрушается — да как же так, да что же это деется, да почему
же, блин? А потому. Не надо вводить людей в искушение. Дороги тебе твои деньги — держи при
себе и не выпендривайся.
— Слушай, Андрюш, знаешь, за что многие оценили и полюбили нашу первую книгу—
«Секс большого города» и, надеюсь, оценят эту? За то, что мы не говорим общими словами,
обсуждая актуальные проблемы, а даем конкретные рекомендации. Ну, точнее, ты даешь эти
рекомендации, а я тебя дотошно расспрашиваю. Вот и сейчас я все-таки спрошу: что
конкретно надо сказать, если