Все довольны
икакого оптимизма по поводу предстоящей
публикации в «солидном и авторитетном журнале» не испытывал. Почему? Потому что еще во время
беседы узнал, что сама эта журналистка из психологов, радеет за гештальт-психологию и испытывает
к доктору Курпатову что-то вроде профессиональной ненависти и классовой борьбы.
Эдакая Фанни Каплан с диктофоном наперевес. Я это называю: «профессиональная вредность в
прямом смысле этого слова».
116
Ее американский коллега, о котором я уже рассказывал в этой книге, куда более солидный и
авторитетный специалист (без всяких кавычек), хотя и понимал, что перед ним бихевиорист, а не
гештальтист, обошелся со мной совсем иначе. Впрочем, это и понятно — профессиональная,
психологическая и просто человеческая культура. А тут... Ну что скажешь? Смешная... Короче
говоря, в случае с этим интервью я еще раз убедился в том, насколько важно все то, что я делаю, по-
вышая в меру сил уровень этой самой психологической культуры.
Поскольку никакого компромата, к великому сожалению журналистки, на доктора Курпатова
найдено не было, статья получилась, по меткому выражению моего шеф-редактора Юлии Бредун,
«бездарная, даже хуже того — просто никакая». «Смысл такой, — резюмировала Юля, — мы
считаем, что он плохой, но почему плохой, мы вам не скажем. Так что знайте!» Доктор Курпатов был
назван «торговцем счастьем» (это название статьи), а для пущей пущности журналистка нарекла
меня г